Инвангсан и шаманская тропа в Сеуле

Как ни странно, рассказал мне об этом Lonely Planet, и я как человек, у которого при слове «шаман» загораются глаза, а при словах «горная тропа» чешутся пятки, отправилась на разведку, прихватит подружку-кореянку Наталью. Дело было ясным январским днем. Мы высадились из метро на станции Донгниммун и потопали, согласно карте, в сторону горы Инвангсан (Inwangsan).

У подножия горы тусовались юные полицейские (явно мальчики на практике), у которых Наталья настойчиво пыталась выяснить, это ли та самая шаманская тропа, которая сулит нам алтарь Гуксаданг (Guksadang), храм Сеонамджонг (Seonamjeong) и дзен-скалы Сеонбави (Seonbawi). Мальчики пожимали плечами, пытаясь сами понять, туда ли приведет нас тропа, засылали нас искать ее немного ниже, но, в итоге, мы, покружив и не увидев ничего другого, потопали наверх.

На тропе было достаточно многолюдно, откуда-то снизу из города доносилась концертная музыка, на вершине полицейские махали мне, что снимать город оттуда запрещено (стратегический объект гора Букансан и Синий дом неподалеку). Мы съели, приготовленный Натальей кимпаб, усевшись на одном из гладких валунов, а потом пошли вниз, на зов шаманов.

Знак о том, куда идти пришел от двух белых девиц, повстречавшихся нам на пути, мы, не доходя до низа, свернули вправо, и вскоре попали в сказочное место, такое каким мне оно и представлялось — с гигантскими камнями, пустынным лесом и расписными храмами-хатками, как шаманистскими, так и буддистскими.

Гуксаданг был построен в 1395 году во времена правления династии Чосон. Изначально он находился на великой горе Монгмйок (Mongmyeoksan), которая сегодня носит более скромное название Намсан (Namsan), и на которой расположена одна из главных достопримечательностей Сеула N-Tower. В 1925 году японцы переместили здание на Инвангсан и превратили его в синтоистский храм, но позднее все опять стало принадлежать шаманам.

В корейском шаманизме больше всего почитаются духи Неба, Земли, Луны и семи звезд Большой Медведицы, но и вся другая природа одухотворена и населена духами и демонами. На Инвангсане среди скал есть свечи, каменные насыпи, небольшие алтари. Хотя сейчас религия больше носит статус фольклорной и мало людей называют себя ее приверженцами, многие не стесняются ходить к шаманам, вернее шаманкам (их всегда было большинство) за советом или благословением высших сил.

Внутри Гуксаданга находится “важный фольклорный материал №17,” а именно изображения шаманских богов, как было написано на табличке рядом. Но мы их не видели, храм был закрыт. Странно, но главный храм Инвангса с дзен-камнями спрятался о нас, но это я теперь об этом жалею, а тогда мы были полностью захвачены процессом исследования Инвангсана вслепую.

Блуждая между валунами, мы увидели у одного из них женщину с красным веером, совершавшую поклоны горе. Рядом ждали еще две. Мы подошли ближе и стояли, наблюдая. Когда женщина закончила, Наталья спросила ее о ритуале. Они заговорили по-корейски и говорили минут cемь, а может и больше, не переставая. О чем говорили осталось секретом, но Наталья стала после этого еще улыбчивее и спокойнее.

На обратном пути нам встречались одинокие кошки с густым зимним мехом. Они никому не поклонялись, а передвигались важно и неспешно, духи места.

It's only fair to share...Share on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterShare on LinkedIn

Добавить комментарий